< Владимир Лещенко
На Главную
Фантастика
Детективы и боевики
Проза
Любовные романы
Приключения
Детские
Поэзия и драматургия
Старинная литература
Oбразовательная
Компьютеры
Справочная
Документальное
Религия
Юмор
Дом и Семья
Серии и саги
А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
Онлайн
библиотека
Логин
Login:
Password:
Register
Поиск по сайту
Введите условия поиска
Отправить форму поиска
Реклама
Жанры: Поэзия и драматургия
: Поэзия
Содержание 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27
* * *
Сердце к ней ушло, оставив то, чего оно желало,И молва на перекрестках, как змея, вонзает жало.Я и сам делюсь печалью и скорблю, не пряча слезы,Ведь моим устам остались лишь несбывшиеся грезы.Как мячом, играла честью, но победу, безусловно,Над соперниками все же одержал я, пусть духовно!Вся цена душе, о роза, твоему равнялась взгляду,И, коль сердца не осталось, оболочки ей не надо.На твоем пути, наверно, вовсе душу потеряетТот потерянный, чье сердце у тебя в руках сгорает.Что отвыкнет от страданий и без сердца оп едва ли.Тот, чье сердце так привыкло к безысходности печали.О Хосров, не лучше ль сразу, не испытывая жалость,Кончить все земные счеты, если сердца не осталось?
* * *
Сердце, верящее в то, что красавиц покорит,Я сравнил бы со стеклом, что взялось разбить гранит.Но и праведник-аскет, торопящийся в мечеть,Просто, как зеленый плод, не успел еще созреть.Ты спросила: «Это кто?» Слух ласкал небрежный ток.«Дервиш, — кто-то дал ответ. — Просит милостыни он».О притворство! Но зачем за неверность клясть подруг,Коль подругам красота изменяет тоже вдруг?Знаешь ты — зачем заря? Чтоб тавро разлуки могУ влюбленных выжигать полыхающий восток.В этом мире все не так. Тошно жить Хосрову в нем.Оттого играет он с красотою, как с огнем.
* * *
Когда источаешь улыбкою мед,Никто у торговцев сластей не берет.Когда возникаешь на миг предо мной,В глазах — кипарис, озаренный луной.Сверкнешь красотой — расступается ночь.С тобой состязаться и солнцу невмочь.Бледнеет, но спать не уходит луна.Должно быть, от ревности ей не до сна.О прелести локонов я промолчу,Безумцев запутать в кудрях не хочу.Нет, я не один восхищаюсь тобой.Увидев тебя, восхитится любой.Я — раб твой, и все ж всемогущ и велик.Владыка и раб у владыки владык.Ты перлы стихами, Хосров, произнесИ в мир превратил первозданный хаос.
* * *
Не думай, что влюбленные — Адамовы сыны.О друг мой, это ангелы, бесплотные, как сны.Не духи ли воистину Меджнун, Вамик и Вис,Из горних тайн обители спустившиеся вниз?О пери, будь источником и впрямь воды живойДля жаждущих, которые уходят в мир иной!От твоего видения в бессонной тьме ночейБегу, как мышь летучая от солнечных лучей.Хосров на грани гибели из-за твоей красы.Наставник — прочь! Что мертвому дыхание Исы?
* * *
О, верь, тебя не заменю красавицей другою,Клянусь лежащей пред тобой во прахе головою!Мою могилу посетишь в ином тысячелетьиИ розу верности найдешь по-прежыему в расцвете.Тоскою мой развеян прах. Я у нее в неволе,Но ветру прах моей тоски развеять не позволю.Поистине глаза того подернуты туманом,Кто кипарис превознесет, с твоим равняя станом.Как не страшиться за тебя, коль одержимым взглядомТебя пронзают сотни глаз, когда проходишь рядом?И я нисколько не дивлюсь, что странниками сталиСердца, сраженные тобой, гонимые печалью.Отринь Хосрова, если он найти не сможет силыК тебе явиться, убоясь, что это — шаг в могилу.
* * *
Ты для меня была предвечности зарею.Явившись в этот мир, пошел я за тобою.Когда же ты ушла, от слез, подобных граду,Потоки разлились соперникам преградой.Узнайте, о друзья! Не воспылает розаЛишь оттого, что льют глаза влюбленных слезы.Жестокая, никто, израненный любовью,На жертвенник любви не пролил столько крови!Я долго умолял явить к страдальцу жалость,Когда же ты пришла, как быстро ночь промчаласьИ все ж благодарю за дивное мгновенье,Хоть ты была скупой, наверно, от смущенья.О вы, что на пирах минувшей ночью пили,Я не вина вкусил, а влаги Сальсабиля!Как финики вкусны, спросите у рассвета.Увы, остались мне шипы от пальмы этой.Поныне пью вино, о роза, ночи нашей.Что может быть, Хосров, мудрее винной чаши?
* * *
Тюрчанка знает, как пытать,Являя лунный лик опять.Испепеляет сердце мне.Ну что ж, я — раб. Сгорю в огне.Подвыпьет, камнем из воротВ меня, как в дервиша, швырнет.Что розе горе соловья?Кичится, аромат струя.Кто плачет от любвп, как я,Бросает честь в поток ручья.Душа уходит в мир иной — Твои глаза тому виной.Хосров, тебя увидев, смолк,Хоть в красноречьи знает толк.Вынув сердце, в душу ты пришла на царство.Ты причина боли и ее лекарствоГрудь мою открыто, оказавши милость,Рассекла и в ней же тайно воцарилась.Превратила царство в жалкую пустынюИ среди развалин царствуешь поныне.«Стою оба мира», — гордо ты сказала.За себя, считаю, запросила мало.О потоках крови вспоминаешь редко,Но грустишь, увидев сломанную ветку.Как враги ислама, ты творишь насилье.Милость властелина — верный путь к могиле.От твоей улыбки сладостно застолье.Что же я рыдаю, что же таю солью?Сердца нет, остались только боль и горе,И душа покинет узы тела вскоре.Красота приносит огорченье старым.О Хосров, не стоит поддаваться чарам!Тайно пришла на рассвете, точно сиянье дня,И заарканила ловко локонами меня.Дверь распахнула и стала, переступив порог.Обмер… Когда ж очнулся, глаз отвести не мог.О твоего явленья благословенный миг!Передо мной, как в тумане, плыл несравненный лик.Взор, колдовски пьянящий, точно нарцисса взор,Томностью глаз газели ранил меня в упор.Видя, как лик сияет, солнечный свет струя,Блага земли и неба предал забвенью я.Мне без него и услады — жалящее острие.Чашу протянешь с ядом — выпью, ликуя, ее.Вскрикнул: «Хосрову в ухо вдень, как рабу, кольцо[101],Только бы вечно видеть мог я твое лицо!»
* * *
Стар, но от любви не освободиться,Бьюсь в ее силках пойманною птицей.Вьет орел гнездо на крутых вершинах,Я же, как сова, жизнь влачу в руинах[102].Были у меня и душа и разум,Отняла любовь ум и душу разом.Погребков друзья избегают ныне,Я же в погребках легок на помине.Жизнь прошла, и все же гурий не покину.Чтит своих богов брахман до кончины.О жестокий рок, спи, смежив зеницы,В погребках позволь от тебя укрыться!Где былой огонь? Стал, увы, золою.Точно мотылек, я сожжен свечою.Но опять вдали показалась пери,И душа опять ей открыла двери.Я в любви застрял, точно волос в гребне.Оттого Хосров у молвы на гребпе.
* * *
Ты мне ответишь на зов едва ли,И тяжко бремя моей печали.О, как терзаешь меня жестоко!Должно быть, это веленье рока.В груди не сердце, а чаша горя.Вместимость чаши иссякнет вскоро.Зачах я, точно без влаги колос.Как я, пожалуй, не тонок волос.Познав жестокой любовь и чары,Считаю лаской судьбы удары.Слезами таю, как тают свечи,И все ж надеюсь и жажду встречи.О, ты пытаешь меня умело:Уносишь сердце, сражаешь тело.Проклятья сыплешь, бранишь Хосрова?За все ответишь, поверь на слово.
* * *
Как мне жить, скажи, коль ты за далью?Черпать радость можно ли в печали?Ты жестока, и судьба жестока.Как укрыться от ударов рока?Я, скиталец, разорен тобою.Как не плакать над такой судьбою?«Душу дай!» — сказала. О убийца!Я влюблен, зачем же мне скупиться?Кровь прольешь утратившего разум?Я — твой раб, довольным быть обязан.Щедрым был, с тобой не торговался.Где же я, однако, просчитался?Я не сплю, но ты о том не знаешь,Безмятежно сладкий сон вкушаешь.На щеках страдальца начерталиСлезы горя повесть о печали.Жажду слить мои уста с твоими — Рок воздвиг преграду между ними.Мимо стража проскользнул бы воромСкован я небесным приговором.Не даришь Хосрову поцелуя,Как же раны залечить могу я?
* * *
Нет стройнее стана под луною!Безраздельно ты владеешь мною.Ротик — приоткрытая фисташка — Улыбнется, я вздыхаю тяжко.Шпоришь, зная — силы на исходе.Что же, шпорь! В твоих руках поводья.Полюби! Позволь коснуться стана.Я беречь тебя от сглаза стану.Повелишь: «Сойди с моей дороги!»,Не смогу — в твоих оковах ноги.Как живу, не спрашивай Хосрова,Как мне жить, коль ты со мной сурова?
* * *
Не пристало мне притворство выдавать за благочестье.О, налей полнее, кравчий, и осушим чаши вместе!В той стране, где благочестье и трухи не стоит даже,Что получишь за обеты, побывавшие в продаже?Продырявившему череп о булыжник с перепояНадзирателя угрозы — дело попросту пустое.Из-за разума и сердца я испытывал тревогу,Но ни разума, ни сердца не осталось, слава богу.Да, Хосров не отказался от кумиров и кумирен.Не пытайтесь образумить. Раб — и тот порой не смирен.
* * *
У большинства людей покой и ясная дорога,А я, любимая, брожу у твоего порога.Когда же сводят нас порой случайные дороги,Руками я тянусь к тебе, но прочь уносят ноги.О день разлуки, черный день! Чернее не бывало.Ушла, и тотчас же тоска в меня вонзила жало.Ушла, а я лишился чувств. О мой жестокий идол!Куда направила шаги, я так и не увидел.Увы, желать с любимой встреч — знамение дурное.Она должна быть вдалеке, желание — со мною.Осуществится ли оно — ее решает слово,Но и немилостью нельзя убить любовь Хосрова.
* * *
Куда уйти, куда от мук укрыться?О ночь разлуки, где твои границы?Шуршишь в ночи моей листвой опавшей.Где ветерок, любимою дышавший?Когда б дохнул ее благоуханьем,Вернул бы жизнь Исусовым дыханьем.О, где она, моя заря рассвета?На мой вопрос у ночи нет ответа.Укрой, о смерть, меня могильной сенью!Лишь в вечной жизни я найду спасенье.Сожжен я ликом солнечным, о боже!На муки ада жизнь моя похожа.А мог бы я вкусить блаженство рая,Но где моя любимая, не знаю.Лишь в сновиденьи не была сурова,Коснуться уст позволила Хосрову.О, принеси мне весть, скиталец-ветер,Пока еще живу на этом свете!
* * *
Ты — душа, какою душу видит мир,И душа, что слаще мира, о кумир!От твоих набегов сердце — мертвый кран.Ты владыка сердца. Хочешь, разоряй!Тяжко бремя жизни пленнику любви.Умертви безумца, но вовек живи!Хоть с душой расстался, все же я живой,Оттого что стала ты моей душой.Боль уйми Хосрова — жизнь взамен отдам.Ты причина боли, ты же и бальзам.
* * *
Не считай, что я бесправен. О, поверь, настанет время,Я сорву узду насилья и ногою стану в стремя.Пусть пролью ручьями слезы, я припомню все утраты,Призову тебя к ответу и потребую расплаты.Жизнь моя прошла в печали. Я решился! Иль умру я,Иль достигну вечной жизни в райской неге поцелуя.Но покуда быо поклоны у порога непрестанно.Повели — и прах порога по цене куплю шафрана.О, не прячь уста! Желаю дотянуться хоть до соли,Если яствами насытить на пиру не хочешь вволю.А подаришь благосклонность, чем озолочу за счастье?Желтизну лица страдальца ие наденешь на запястья.О подобная Юсуфу! Коль просили б у ХосроваЗа тебя все блага мира, цену счел бы он дешевой.
* * *
У роз твоя, о роза, красота,И дали цвет вину твои уста.Нарцисс в твои нарциссы глаз влюблен,Когда очей не сводит с розы он.Дыханьем розы дышит соловей,Подобно мне, и в час разлуки с ней.Аркан твоих благоуханных косОпутал сердце и навек унес.Арканы рвавший мул Дулдул[103] — и тотАркана кос твоих не разорвет.Брось на Хосрова милостивый взгляд,Коль подарить ему желаешь клад!
* * *
Наполнен кубок мой печалью по края.Где, утренний зефир, любимая моя?В ночи не светит мне и полная луна.Где свет моих очей, не ведающих сна?Сказала мне: «Рыдай!» Рыдаю день и ночь.Где та, что может мне сочувствием помочь?И тело и душа изранены тоской.Где та, что унесла безжалостно покой?Стенающий Хосров издать не в силах крик.Где силы взять, чтоб он твоих ушей достиг?
* * *
Ночь кончается, но чашу вновь налей!Приглашает встретить утро соловей.Счастлив тот, кто с пенной чашею в рукеРядом с розой восседает в погребке.Так налей весельем чашу по края!Помни, жизнь короче трели соловья.Пусть твердят, что я беспечен. Видит бог,Тот беспечен, кто не ходит в погребок.Благочестие святоши не по мне,Чистоту и святость черпаю в вине.Хоть не к чести захмелевшим в драку лезть,Выдрать клок у мухтасиба в драке — честь.Захмелевший — царь вселенной, шаханшах,Я же раб вина веселья в погребках.Много ль радости в безгрешности, Хосров?Слаще радость отпущения грехов.
* * *
Как могу я счастье встречи обрести,Если только воздух у меня в горсти?Взволновали сердце волны черных кос,И покой навеки их поток унес.О аллах, пред ними я лежу в пыли,Рад бы, но подняться не могу с земли.Снова я мечтаю на исходе дня,Чтоб закат окутал тьмою кос меня.Осушая кубок, думаю о том,Что меня споила призрачным випом.О Хосров, разрушен твой дворец надежд.Ухвати хотя бы край ее одежд!
* * *
Зачем скрываешь лик? Он виден все равно.Ведь если был бы скрыт, все умерли б давно.Я дервиш, я сношу презрение молвы.Как рубища, любви не утаить, увы.Не говори: «Зачем застыл в восторге он?»Твой лик увидев, кто же не будет восхищен?Ты орды взоров шлешь, и силы не равны.Семь поясов земных тобой разорены.Твоих измен не счесть. Чтоб обрести покой,Я сердцу говорю: изменчив нрав людской.Пусть не дал никому бессмертия аллах,Бессмертие даруй Хосрову хоть в стихах!
* * *
Отчего уста смеются, если плача не слыхала?Отчего взметнулись кудри, если сердце не вздыхало?Тело ты изрешетила. Извлекать не стану стрелы.Отчего пронзили душу, коль впивались жалом в тело?Смолкло сердце то, что сердцу прежде вторило созвучно.Отчего теперь чужие, если были неразлучны?Ты моя свеча желанья, хоть тебя не видит око.Отчего сожжен свечою, коль свеча моя далеко?Я во сне ищу губами лик, подобный сновиденью.Отчего же сны сметались, стали сумеречной тенью?Я, увы, невольник сердца, но не в тягость мне оковы.Отчего, как наважденье, ты находишь на Хосрова?
* * *
Настала ночь, и та свеча, из-за которой дни постылы,Зажглась и каждый уголок в печальном сердце осветила.И сонмы душ упали ниц, и при ее манящем светеВзывают жалобно: «Подай!» — как толпы нищих у мечети.Я плачу. Верно, потому, что должен року покориться.Увы, я — нищий, а она — жестокосердая царица.Ревную к зеркалу: оно в свои объятья заключаетТу, в чьем сияющем лице само, как в зеркале, сияет.Почтенный суфий, мой муршид, ей поклонился, как святыне,И каждый волосок взывал из власяницы к той богине.А я, перо макая в кровь, запечатлел стократно в словеТот образ дивной красоты, поющий издавна в Хосрове.
* * *
Прошла!.. И вслед ушла душа,И я застыл, едва дыша,Украдкой глядя, точно вор,Что на чужой косится двор.Хватился сердца — сердца нет.Как обруч, покатилось вслед.Вскричал: «О равная весне,Скажи, вернешь ли сердце мне?»Расхохоталась, и в устахСверкнули перлы. О аллах!В ночи казалось мне — умру,Коль не увижу поутру.И все ж печаль была светла:Ведь ты во сне ко мне пришла.Я понял: в дни творенья рокМою любовь к тебе предрек.Предрек тогда ж Хосрову он:Тобою буду умерщвлен.
* * *
Дождусь ли вновь тебя, о лунное сиянье?Ушла, не подарив надежды на свиданье.Унесшую покой, должно быть, не увижуДо Страшного суда. О Судный день, гряди же!Повей, о ветерок, и мне с ее порогаПылинку принеси! Утешь хотя б немного.Взгляни, мой кипарис один иль кто-то с нею?Слетай в ее цветник и возвратись быстрее!Увы, подобно ей, и ты в далеком крае,И ты меня забыл. Вернешься ли, не знаю.Но знаю, что она не возвратится снова.Осталось лишь взывать к всевышнему Хосрову.
* * *
О любимая, вино у тебя всегда водилось.Принеси из погребка, окажи такую милость!Выпью только для того, чтоб взбодриться, не хмелея.Все равно от черных кос неизбежно опьянею.Я сгораю от любви. Подними со мною чашу!Пеплом сердце моего я букет вина украшу.Умоляя снизойти, унижаться я не стану.Унижение ведет к надушенному кафтану.Сердце выкрала мое колдовским коварством взгляда,Но упрекам в колдовстве свет очей твоих преграда.Угнетенного тобой хоть сегодня ты не мучай,Счета пережитых мук берегись на всякий случай!О любимая моя, на Хосрова не посетуй,Коль отважится привлечь столь жестокую к ответу.
* * *
Коль счастье близости с тобой осуществил бы рок,Могли бы стать мои стихи сокровищницей строк.Вчера я думал: может быть, привидишься во сне,Но от проснувшейся тоски, увы, не спалось мне.Я о разлуке сел писать, но дрогнула рука.Мне показалось, что скорблю не годы, а века.О, сколько раз гасил свечу, чтоб слиться с темнотой,Но тотчас ложе озарял сияньем образ твой.Пытался разумом постичь, чем я не угодил,Любовь являлась и, пьяня, лишала разум сил.И снова я писал стихи, к его сужденьям глух,Но только именем твоим ласкали строки слух.
* * *
Того, кто честь из-за любви пустил по ветру дымом,Считают трезвые умы безумным, одержимым.Но как безумцу, чей удел, по-моему, завиден,Скрывать огонь любви, коль он и днем, при солнце виден!О стан, смутивший кипарис! Клянусь своею честью,От изумленья он застыл как вкопанный на месте.О ароматные уста, два крохотных рубина!Я разглядел вас. Так прозрел Якуб, учуяв сына.Зачем коснулся ты, зефир, кудрей моей любимой?Отныне в цени завитков закован одержимый[104].О виночерпий, я вина сегодня пить не буду.О том, что я любовью пьян, уже толкуют всюду.Не ты ль, метнув пьянящий взор, Хосрова сердце сжала?Оно сжималось, а потом, увы, его не стало.
Хаджу Кирмани
Об авторе
Хаджу Кирмани (1282—1352) — написал пять поэм-маснави (не все его поэмы являются ответами-назирэ на поэмы Низами) и несколько диванов газелей.
Из поэмы «Гуль и Новруз»
Перевод С. Шервинского
1
С зарей, лишь органоном запелисоловьи,На сто ладов воздели мелодии свои,Кумарского алоя разлился аромат,И горлицы стенаньем заворожили сад,Проплывшие в носилках с пиалойзолотойПровозгласили солнце хаканом над землей;И пьяницы под утро возжаждали вина,И утренние птицы запели, как одна.По миру солнце мира прошло путем побед,Вселенную шасрранный завоевал мобед.Певец, настроив струны на лад хусравани,О Зенде распевает, как маги в оны дни,Напиток розоцветный в пиалу неба влит,На чанге песню утра исполнила Нахид.Налет индийской синьки рассвет смывает с рук,Серебряную руку он разрумянил вдруг.На кровлю неба знамя взносил в ночи Бахрам[105], — Рассек светилу сердце меч солнца пополам.Испив Джамшида кубок, хмелеет круг живой,Пьянеет, с чашей солнца пируя круговой.Цветы и ветер вешний распространяют хмель,Уже в цене упала татарская газель[106].Кричит петух рассветный, за ним еще петух,Нецеженая влага возвеселяет дух.Благоуханный ветер и чаша гонят лень,Мозг сонных переполнен сырою амброй всклеиь.Под щёкот соловьиный, под песенку скворцаИзбавились от скорби тоскующих сердца.Вот язычком зарделся с Востока солнца шар,Взойдя, в теплицу солнце забрасывает жар.Рассветный ветер землю мастями умастил,Жемчужинами неба засыпан царь светил.Была на сердце рана вечернего вина,Душа моя томилась, что не была пьяна.Лицом к лицу я встретил пылающую страсть,Я пил из кубка солнца живительную сласть,Обрел Дауда голос, избавленный от тьмы[107],Душа моя запела любовные псалмы.Надела перстень Джама мне на руку души[108],Дала постичь мне имя, таимое в тиши.Разумная, уселась на улице надежд,И солнце благосклонно ее коснулось вежд,Рождаться в самом сердце дозволила словамИ с разумом согласный вручила мне калам,Тончайшие сравнения сбирала каждый миг,Тела жемчужин цельных пронзала каждый миг,То жаловалась сердцу и обвиняла глаз,То сердцу же о глазе сплетала свой рассказ,Свой простерла крылья забот моих Хума,Высоко в поднебесье взлетел орел ума.Миры воображенья раскрылись для меня,Парил я, мирозданье крылами осеня.На солнце я направил земного вихря гнев,Я для Нахид прекрасной пропел любви напев.Взвил знамя на вершине седьмой твердыни я[109],На ширь восьмого луга[110] взираю ныне я.По правилам я с небом общался наяву,И другом серафимов я стал по существу.Я тем престол поставил, чей дом — небес эфир,Дал собственному сердцу духовный эликсир.Пспил из винной чаши бесчувствия глоток,Хуму — жилицу неба — я уловил в силок.И как Иса, Пророку учителем я был,И как Муса, для мудрых святителем я был.Я в Истину бросался — в глубокие моря,И знаешь ты: нырял я за жемчугом не зря.
2
О розами дохнувший весенний ветерок,О ты, что розощеким цветочный сплел венок,Хмельному ты нарциссу один сумел помочь,Ты зажигаешь светоч для бодрствующих ночь.С признательной стопою всеблагостный гонец!Прах под твоей стопою — чела земли венец!Садов цветочных дети упоены тобой,Сердца тюльпанов этих полонены тобой.Татарский мускус[111] веет в дыхании твоем,Алой кумарский[112] тлеет в дыхании твоем.Духовной ты лампаде даруешь запах роз,Дыхания мессии ты аромат принес.С лица у розы-девы снимаешь ты покров,Плетешь узлы якинфа из многих завитков.Едва дохнешь весною, — светла душа воды,Дохнешь, — и тотчас мускус повеет от гряды.А Рахш, тобой гонимый, несется, как вода.В тебя урок истоков вольется, как вода.Ты разве не был, ветер, Джамшидовым конем?Ты разве птиц небесных не обучал на нем?Ты аромат рубашки доставил в Ханаан,Ты прочитал Якубу Египта талисман[113].На миг мой дух мятежный покоем утоли,Мне раненое сердце дыханьем исцели!О, если огнесердых ты понял в их судьбе,Аллах, мне будет сладко, — будь сладко и тебе!
* * *
Красавец Сирии — закат — надел печальный свой убор,Эфа серебряный из уст свой шарик золотой простер.Утратил небосвода перст блеск Сулейманова кольца[114].На Ахримановом пути[115] твердыней замок стал в упор.Ночь-негритянка, пожелав чужие царства взять в полон,К вратам Хатана подступив, разбила пышный свой шатер.Мать мира древняя сосцы нарочно вычернила тьмой,Чтоб ей младенец-солнце грудь не стал сосать наперекор.На рынке мира небосвод торг самоцветами ведет,Лазурный с жемчугом поднос у входа ставит на ковер.Полуденного шаха[116] двор в края сирийские ушел,Хосров из Индии[117] набег свершил в страну китайских гор.В темнице солнце пленено, как лунный лик у египтян[118],А полюс, что старик Якуб, в дому тоски слезу отер[119].Небесный кравчий, правя пир, взял в руки кубок золотой,Он мути нацедил в кувшин там, где сомкнулся кругозор.Вчера, когда моей души от скорби таяла свеча,Одна из звезд, палящих грудь, мне озарила их собор.Сгорела в пламени души недолгого терпенья нить,И птицу сердца, всю в крови, спалил на вертеле костер.Мой еле слышимый напев — полуночной печали стон,Мой недожаренный кебаб от крови сердца стал остер.Я ныне жалкий, честь моя погибла в пламени вина,Истерзан и ограблен я, барбат звенящий — вот мой вор[120].От колыбели у людей пророком названный МахдиС вершин величья на меня величественный кинул взор,Сказав: доколь в смятенье нег твоя сердечная свеча,Дымя без нити, будет тлеть? Ответствуй, — до каких же пор?Ты будешь долго ли пытать в теснине этой сердца пыл[121]?Потайно сердце отдавать в заклад несчастью, на позор?О встань, как Иса, и взлети на изумрудный тот престол,Руками вырви очи звезд, казни их равнодушный хор!Ты Водолеево ведро у старца-неба отыми!С султана-полдня ты сорви его венец, будь смел и скор!А ежели захочешь ты на полюс неба залететь,Похить трех жен у Мертвеца и прочь умчись во весь опор!Ты пламя солнца разогрей, перо волшебное сожги!Ты небу голову сруби! Кинжал Бахрама[122] — твой топор!Нейди тропой игры пустой, — иди божественной тропой,Ты рук беспечностью не мой, — таков наш будет уговор.
Содержание 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27
erLIB.com 2006 Хостинг предоставлен ErooT.org
Все
авторские права на произведения принадлежат их авторам
и охраняются законом. erLib.com предоставляет авторам сервис
по публикации произведений на основании издательского
договора. Ответственность за содержание произведений несут
их авторы
lida
intex
-
dolmar
307
dimplex model amesbury
dimplex model magic (sp8)
754